Alexei Makushinsky

schriftsteller, dichter, essayist

 

Рецензия пользователя сайта LiveLib.ru по имени  Sofichka на книгу «Пароход в Аргентину»

Опубликована 29 декабря 2014 г., 16:41

Каждый год я внимательно изучаю шорт-лист «Большой книги» — выбираю то, что, несмотря на недостаток времени, нужно обязательно прочесть. Как раз «Пароход в Аргентину» приглянулся мне давно — темой, наверно, и несколько самонадеянной, на мой взгляд, заявкой на большой русский роман о нерусских реалиях.
А уж когда «Пароход в Аргентину» занял третье место в читательском голосовании премии, я решительно отложила книгу, которую читала в тот момент, и принялась за Макушинского. Мне стало очень интересно, что же нашли в этом романе категории «не для всех» не слишком широкие, но всё же народные массы.
Если честно, даже прочитав роман, я этого не поняла. Зато хорошо поняла, почему и здесь, на LiveLib, и во всяких уважаемых и не очень изданиях, появляются рецензии вроде «ниасилил» — не по форме, конечно, но по содержанию. Те же, кто всё-таки осилил, часто пишут о книге с некоторой неловкостью, как будто прочесть-то прочли, но удовольствия при этом не получили — а признаться стыдно, книга вроде неплохая.
Книга действительно хорошая, только совсем не развлекательная и крайне несовременная по форме своей — чтобы получить от неё удовольствие, среднестатистическому читателю нужно постараться. Или любить зубодробительную классику XIX века и регулярно её почитывать.
Я к классике отношусь с теплотой, но читаю в последние годы преимущественно современную литературу. И это дало свои результаты: начинала я «Пароход в Аргентину» с трудом, хотя открыта новому и серьёзных текстов не боюсь.
Во-первых, «Пароход в Аргентину» — книга описательная, а сюжетом служит даже не жизнь главного героя Александра Николаевича Воскобойникова, а череда открытий о его жизни, сделанных лирическим героем — автором. Жизнь эта — для лирического героя вполне реальная, а для нас выдуманная — протекала бурно, была полна взлётов и падений, вместила в себя почти весь XX век с войнами, революциями и непрерывно сменявшимися веяниями, социальными и культурными. Однако никаких попыток переписать биографию в приключенческий роман — при таких-то шикарных предпосылках! — Макушинский не делает, потому что сама биография является объектом творчества, результатом кропотливой работы с историческим материалом — и потому, наверно, что самому автору в приключенчество ударяться неинтересно.
Во-вторых, читать книгу действительно тяжеловато — не из-за лексики даже, как можно было бы посчитать, а из-за синтаксиса. Многие жалуются на нескончаемые предложения в «Пароходе…», дочитав одно из которых до конца — иногда страницы, — забываешь, что было в начале. Обыкновенно мне искренне жаль читателей, которым не хватает оперативной памяти для таких несложных задач — это существенно сужает круг изданий, которые вы не захлопнете с возмущением после первых пяти страниц. Здесь даже я, любительница синтаксических конструкций позаковыристей, соглашусь — поначалу читать Макушинского непросто.
Не потому даже непросто, что я забываю к концу предложения его начало — старческая деменция, слава Богу, пока не началась, — а потому, что такое обилие деталей, пусть точных и ярких, огромное количество перечислений — двадцать, тридцать компонентов, — подробнейшее описание отдельных мелких эпизодов, за которыми теряется нить повествования, — всё это задаёт несколько раздражающий современного человека темп чтения. Ты просидел в метро полчаса с книгой — и за это время в ней ничего не произошло, да и вообще ни одного героя не появилось на странице, читатель любовался, как свая за сваей строится огромный мост в Рио-Давиа, гордость архитектора Воскобойникова, символ его обновлённой жизни.
А с другой стороны — полчаса ты наблюдаешь за стремительно меняющимся пейзажем в очень далёкой стране. Часто ли выдаётся такая возможность?
При всём при этом книга Макушинского — замечательная, совсем не по реальным событиям написанная, совсем не историческая, хотя образ главного героя Alexandre Vosco филигранно вплетён в исторический и культурный контекст. Как говорится, если бы этого человека не было, его стоило бы выдумать — что автор и сделал, перезнакомив и передружив его с множеством подлинных исторических деятелей, отправив в десятки реально существующих мест и даже определив место его творчества в архитектуре XX века.
Эта книга не о событиях — она о людях и местах, которые выписаны с такой любовью и тщанием, что поневоле проникаешься созерцательным настроением. «Пароход в Аргентину» вообще написан так, будто его не читать нужно, а созерцать — и если вы преодолеете нашу современную спешку, если смиритесь с «ничего не происходит, а что происходит — неважно», то удовольствие получите точно.
В романе немало дублирующего внутритекстового перевода отдельных фраз на язык оригинала (немецкий и французский, как правило). Это тоже может немного раздражать, хотя я лично благодарна автору за подобные «необязательные» вставки, потому что они создают атмосферу, погружают читателя в контекст, напоминают, что всё это происходит не здесь и не сейчас.
Напоследок хочу посоветовать эту книгу всем, кто не понимает современную архитектуру — на базовом уровне «Пароход в Аргентину» очень многое в ней объясняет и как-то незаметно с ней примиряет.

 

 


Original
© Alexei Makushinsky, 2015-2022
Alle Rechte für alle auf dieser Seite veröffentlichten Materialien, außer in speziell erwähnten Fällen, gehören Alexei Makushinsky